20:16 

И опять-таки, for Harriett

Практикующий хирург
Любить весь мир, потому что не чувствуешь любви к себе; мечтать, потому что реальность слишком мрачна; любить дождь, потому что за ним легко прятать слезы...
...Первая сказка ушла на ура, как я понял. Но ты опять грустишь. Ну что ж, пишу тебе вторую сказку - такую детскую, но такую нужную.



Дым окутывал город, захватывая своей пеленой никак не угасающий карминовый закат. На улицах было слишком суетно — город горел, люди текли ручьями в разных направлениях, снося друг друга, громко крича и кашляя. Они боялись — нет, не все вместе: почти каждый боялся за себя, и только некоторые помогали другим людям выбираться из этой непролазной суеты. Никто и не понял, как начался пожар — в какой из многоэтажек, в какой момент... Ровно так же, как никто и не понял, как этот пожар закончился — благодаря кому. Теперь люди застыли в смятении — большие экраны, висящие на высоких домах яркими пятнами, больше не показывали зарево огня, в них виделся только мокрый, всеобъемлющий дым. Люди более-менее успокоились — на время — чтобы опять потечь по улицам, только уже в других направлениях. И опять они сталкивались, кричали... Никому почти не было дела до того, как пожар кончился, а если и появлялись такие мысли, то в большинстве своем они были такими мимолетными, даже незаметными.
Толпы людей текли по главным улицам — в большие, уже не казавшиеся такими красивыми, как раньше, обгоревшие дома. Тем временем на маленькой улочке, расположенной в географическом центре города — но вот парадокс — застроенной обветшавшими деревянными домами, происходило вот что. Из двери большого полуобваленного дома, прогоревшего до половины и еще мерно тлеющего, буквально вывалился, держась за косяк, парень. Он был крайне помятого вида — джинсы порваны и обуглены по краям, рубашка потеряла свой цвет из-за налета копоти, ботинки измазаны пеплом и еще чем-то, что определить уже довольно-таки трудно... Его очки тоже были покрыты слоем копоти. Красивые, строгие, придающие его лицу еще большую отточенность линий. За очками блестели усталостью и глубокой тоской глаза. Чего искал парень в этом полусгоревшем доме? Почему он не плыл по людскому течению, почему не было страха на его лице, а только отпечаток усталости?
Парень будто отвалился от косяка и, подойдя неровным шагом к краю высокого крыльца, сполз на пол по столбику, удерживающему мансарду. Он осел, блаженно опираясь на столбик и улыбнулся грустной улыбкой. Он в который раз добился своей цели, исполнил свое предназначение — помог людям сохранить их дома, спас многих из них — ведь люди такие беспомощные порой. Пусть ценой такой усталости и подпаленных крыльев. Да-да, именно крыльев. Он расправил их, разминая. Вид у них был такой же потрепанный, как и у его одежды — где-то подпалены, где-то перья поломаны-перебиты, а где-то перьев вообще нет... «Да, не ангельская это работа — пожары тушить» - невольно подумалось ему, когда он бросил взгляд на крылья. «Кажется, еще немного, и я забыл бы свое имя... Эх кто ж меня так назвал так звучно и оставил в вакуумном беззвучии людского мира? Азраэль... не имя, а насмешка какая-то. Несмотря, на всю звучность, они меня не замечают — ни те, ни другие — ни люди, ни такие, как я.. если такие, конечно, тут есть.»
Ангел сидел на крыльце почти развалившегося дома и молча глотал дым. Дым ему определенно нравился, напомнимая о чем-то важном своей горечью, до чего он сам пока не дошел. С каждым дымным вдохом парню казалось, что вот-вот он постигнет что-то важное, жизеннно-необходимое. Это ощущение нашло его давно — с первым пожаром, который Азраэль помогал тушить. Чтобы не казаться не таким, как все, он пошел на работу.. Помнится, одна из до боли знакомых бабушек сказала ему, что самая опасная работа у пожарников — вот ангел и отправился в пожарную часть. После того пожара, лет семь назад, Азраэль искал дым — вернее, то, что его томило в дыме. Он даже начал курить, хоть и понимал, что это недостойно ангела. Но курил.
И сейчас, когда пошел мелкий моросящий дождь, связывая клубы дыма и будто прибивая их к разгоряченному асфальту, Азраэль потянулся к заднему карману джинс, достал порядком измятую пачку сигарет, движением фокусника вытянул одну их них вместе с зажигалкой и поднес было ко рту, как его остановил детский голос. Это была маленькая девочка. Ангел поспешно сложил крылья.
- Дядя, а курить ой как вредно! Такой большой, а не знаешь...
Азраэль сильно удивился — что за девочка, чья она, что она здесь делает и где ее родители.
- Да, ты права. Почему ты одна тут? Где твои мама с папой?
- Я не знаю, я тут впервые оказалась.
- Как так?
- Когда был пожар, мы бежали, папа меня поставил на скамейку и сказал, что вернется — только маму найдет... Я ждала его, пожар кончился, а он так и не пришел. Скамейка, на которой я стояла — за три квартала отсюда, а ищу я свой дом — может, мама и папа там уже? Только я не знаю, где он — тут улицы незнакомые.
Парень быстро убрал сигареты обратно и серьезно посмотрел на девочку.
- Где ты живешь? Давай доведу — я город хорошо знаю.
- На улице... как же она... Карла.. Марла... ммм, точно! Карла Маркса! На улице Карла Маркса... в пятнадцатом доме. Ты знаешь, где это?
- Да знаю. Это ж через полгорода отсюда... Не забоишься идти с незнакомым?
- Нет. У тебя глаза добрые. Не забоюсь я.
- Ну и хорошо. - Ангел стремительно поднялся с крыльца и простучал каблуками по дубовым подпаленным ступенькам — Давай руку, и пойдем в метро.
Девочка послушно дала руку незнакомому молодому человеку. Она ему почему-то доверяла. Но она не хотела об этом задумываться — главное сейчас было прийти домой — к папе с мамой. Мысли же ангела, напротив, вились вокруг этого нового знакомства. Он чувствовал что-то особенное, непонятное ему самому. Ему хотелось заботиться об этой маленькой девочке... сколько ей? Лет семь?
- Давай хоть познакомимся что ли? Как тебя зовут?
- Аня. А ты?
- Мое имя будет странным для тебя.
- Каким-каким? Сказочным что ли?
- Ну может и сказочным — усмехнулся ангел.
- Как у эльфов? - глаза девочки загорелись неподдельным интересом.
- Да, как у эльфов.
- А какое? Ну скажиии... Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!
- Азраэль.
- Ух ты! Какое красивое! Не то что «Аня»...
Ангел рассмеялся. Впервые девочка заметила, какой у него необычный голос — нереально низкий... Красивый. Волшебный прямо-таки.
- Ну зря ты так, у тебя очень красивое имя — Анна. Королевское. - Азраэль пристально взглянул на девочку — Ну или принцессное, если хочешь. Сколько тебе лет, принцесса?
- Семь с половиной. А тебе? Ты такой взрослый, кажется...
- Да, взрослый. Я бы даже сказал, слишком.
- Мм?
- Мне слишком много лет, ты даже таких чисел не знаешь.
- Ну и ладно. Не хочешь — не говори. И не обиделась я нисколечко!
- Не дуйся, принцессам не положено — Ангел шутливо улыбнулся.
- А вот никакая я и не принцесса! Вот что.
- Ну что ж, не принцесса — так не принцесса... Мы сейчас в метро
спустимся — не замерзнешь?
- Нет.
- Ну смотри...
Ангел и девочка спустлились в метро, Азраэль с восторгом втянул его запах — как же это запах ему нравится, какой он до дрожи родной. Он думал об этом минуты полторы, пока не вспомнил об Ане. Его взгляд наткнулся на нее:
- Боже, ты вся в мурашках. И ведь не скажешь ничего! Ну разве так можно?
Ангел снял с себя рубашку, оставшись в белой майке, и накинул ткань на плечи девочке.
- На вот.. Не очень-то греет, но все же лучше, чем вообще ничего.
- Спасибо. А сам не замерзнешь?
- Нет, мне везет больше — я привык.
Девочка отвлеклась, всматриваясь в темноту туннеля.
- Смотри-смотри-смотри, там поезд едет! Он в нашу сторону?
- Нет, он в другую.
- А когда наш придет?
- Хороший вопрос.. Честно говоря, я не знаю.
- Хнык. Я устала уже...
- Не расстраивайся. Пошли лучше к лавочке.
- Угу...
Ангел присел на лавочку, посадив Аню рядом. Лицо у Ани погрустнело еще больше.
- Что такое?
- Лавочка холооодная...
- Эх, горе ты мое...- Азраэль подхватил девочку и усадил к себе на колени- Так теплее?
- Да, гораздо теплее!
- Сиди уж...
Девочка устроилась поудобнее у молодого человека на коленях и.. начала бороться со сном. Азраэля эти попытки не закрывать глаз забавляли до крайности. Подошел поезд, громко стуча колесами и ослепляя мрак станции светом фонарей.
- Не хочу вставааать...
- Ну значит сиди.
- А как же мы уедем? - удивление прогнало Анин сон, но ненадолго — девочка смачно зевнула.
- А вот так мы уедем. - произнес Азраэль, полностью подхватывая малышку на руки. Он вошел в вагон и аккуратно приземлился на диванчик — чтобы ее не потревожить.
Несколько станций промчались в неровном потоке мыслей. Азраэль встал так же аккуратно, как и садился, не тревожа беспокойный сон Ани, и направился к выходу из подемелья метро. Выйдя на улицу, он пытался вспомнить, в каком доме живет Аня, но тщетно — память упорно скрывала номер. Вновь закапал, казалось, закончившийся дождь, от чего девочка проснулась.
- Ты дом ищешь?
- Да. Не напомнишь?
- Пятнадцатый.
- Отлично. Еще немного — и будешь дома.
- Правда-правда?
- Правда-правда.
Аня заулыбалась так солнечно, что Азраэлю на миг покалаось, будто и дождя нет никакого. Он петлял по узким тротуарам минут десять — прямо с девочкой на руках — отчего-то ангелу не хотелось отпускать ее от себя. Но вот и нужный дом нашелся — двухэтажный, деревянный, с большими окнами и высокими, как видно, потолками. Нехотя парень опустил девочку на землю.
- Ну что ж, пока, принцесса. Удачи тебе! И старайся не теряться!
- Пока...
Тем временем на крыльцо вышла старушка — наверное, Анина бабушка. Аня бросилась к бабушке, а Азраэль, поняв, что он тут больше не нужен, ушел восвояси. Через двадцать шагов до него дошло, что его рубашка так и осталась на плечах его недавнего знакомства. «Надеюсь, ее родители не будут слишком удивляться и расспрашивать девчушку» - подумалось ангелу.
Азраэль шел вперед — ему было все равно, куда идти. Он понял, что уже в свои права вступила ночь, когда увидел одинокую звезду на затканном теменью небе. Взгляд Азраэля замер на этой звезде.

Ты проведешь меня сквозь грань -
Грань неба, дыма и неволи,
Я верю всем твоим словам,
Твой свет всегда в моей юдоли...

Ангел говорил стихами. Его глубокий голос разлился по ночному кварталу, даже можно сказать, затопил его, несмотря на то, что Азраэль пытался приглушить голос. Надо сказать, это получалось у него не очень успешно — Азраэля всегда было слышно — вне зависимости от громкости того, как он говорил. Наверное, это происходило из-за тембра голоса — голос его был настолько звучен и низок, что если бы не белые крылья, то его можно было бы назвать Мефистофелем.
Но вот звезда скрылась за облаками раннего утра — ангелу пора, наконец, домой — несколько часов поспать перед работой.
Перед тем, как его глаза закрылись сном, Азраэлю невольно подумалось о том, что с той девочкой он еще встретится. Жизнь уж припасет ему эту встречу. Обязательно.
C этой мыслью он вошел в новый день, готовивший ему новые подпалины на крыльях, новых спасенных людей, новый дым. И именно эта мысль стала провожать каждую ночь его жизни — раз за разом, ночь за ночью. Ангел уже успел почти совсем потерять образ той девочки, но мысль о встрече с ней упорно сопровождала Азраэля уже несколько лет — по инерции, наверное.
Вновь наступивший день был окрашен каким-то необычным ощущением. Когда Азраэль пришел на работу, он понял, что это за ощущение — уже больше, чем две недели не случалось ничего экстраординарного — ни одного пожара. И, как следствие, работы как факта тоже не было. И именно по этому поводу его вызвал начальник.

- Александр! Вы в курсе, что вашу пожарную команду приказано распустить? Вым на замену прислали коллектив из управления пожарной службы — наверху сомневаются, что ваша команда способна справляться с объемом работ. Считайте, что я вас уволил.
- Я Азраэль. И каким образом мы можем не справляться с, как Вы выразились, объемом работ, если работ в принципе нет?
Начальник неожиданно смягчился:
- Пойми, Азраэль, не от меня это зависит. Я подчиняюсь управлению — это моя работа. Работа твоей команды мне искренне нравилась. Но ваша команда уже не работает по приказу управления. Прости.
- Что ж, я все понимаю. До свидания.
- Удачи тебе.
Ангел молча развернулся и побрел по гулким коридорам пожарной части. Он никак не мог понять — томит ли его это увольнение или не настолько все фатально. Он вышел на улицу и забросил свой вгляд в небо, надеясь им хоть что-то поймать-зацепить.
Взгляд его собой зацепил только снег — наконец-то в город пришла долгожданно-настоящая зима. Идти домой молодому человеку не хотелось, поэтому он отправился гулять по городу — хотел зайти в книжный магазин, выпить чашку кофе в каком-нибудь кафе и написать что-нибудь уютное до дрожи — он по этому поводу даже блокнот купил в ближайшем киоске. Ему хотелось забить весь день ничего не значащими событиями до самого вечера.
Он уже порядком вымерз, купил пару книг на вечер и направлялся к своему любимому кафе, отпустив свой взгляд блуждать по просторам полупустой улицы. Взгляд его все время натыкался на одну и ту же афишу — где на голубом фоне стояли десять мужчин. «Вот же развесили по всему городу — будто и так не ясно, что они приезжают. хм. Вот ведь люди...» - начала свой оборот мысль. Но завершиться она не успела. Азраэль почувствовал давно привычный запах — запах дыма. Легкий ветер переносил этот запах из одного края улицы в другой. Ангелу стало не по себе. Он сорвался с места и, ориентируясь по направлению ветра, побежал туда, где, по его предположению, что-то горело. Недолго петляя по проулкам, он очутился перед небольшим трехэтажным домом. Многие люди уже стояли под домом, но некоторые никак не могли выбраться — они кричали о помощи в окна — видно, по лестнице уже не спуститься. Азраль бросил свои книжки какому-то парню в смешной шапке и бросился в дом. Он слышал, как запричитали и закричали всед ему женщины — но жизни других ему сейчас были важнее. Как обычно, он стремительно несся по лестнице — пока можно было нестись. Он заглядывал в каждую квартиру, за каждый уголочек. Почти после каждого осмотра квартир он несся вниз — таща кого-то на руках. Его встречали восторженными взглядами каждый раз — после второго спасенного к нему начали подтягиваться люди, прося о помощи — у кого-то в квартире остался ребенок, у кого-то бабушка... И каждый раз Азраэль измудрялся, вынося людей из горевшего дома — по пожарным лестницам и задымленным подвалам, через чердаки, маленьких детей он просто подавал через окна... По возможности, он старался затушить огонь — где-то это получалось, где-то — не очень... Казалось, уже весь дом он прошел, все квартиры осмотрел, но что-то ему не давало покоя. Ему казалось, что что-то он пропустил. В который раз он будто влетел в подъездную дверь, и сразу за ним рухнула балка, держащая косяк двери. Теперь он понимал, что пути назад нет — можно только вверх. Он бежал по дымящимся ступеням — выше, быстрее, как можно быстрее. Он добежал до пролета между вторым и третьим этажом, как лестница под ним обвалилась. Ангела отбросило на площадку второго этажа. Теперь выбора у него точно не оставалось, и он высадил плечом дверь ближайшей квартиры. Азраэль услышал хриплый кашель и выбил с ноги дверь в комнату — она отчаянно горела. За дверью оказалась небольшая комната, в которой на диване лежала девушка, завернувшаяся в одеяло с головой. Она крепко спала. «Снотворного, наверное, выпила.. уххх, горе с этими людьми...» - подумал Азраэль, хватая девушку в охапку — прямо с одеялом. Теперь он не понимал, что делать дальше — со второго этажа так просто не прыгнешь.. «Был бы один — прыгнул бы — себя не особо жалко. А вот с ней что делать?»

Тем временем на другом конце города дела обстояли так. В костюмерной большого концертного зала спорили девять мужчин — те самые, которые были нарисованы на афишах, так надоевших Азраэлю во время его прогулки по городу.
- Да куда Лори пойдет с этой пресс-конференции? Нас люди, мягко говоря, не поймут. - громко возмущался один из них.
- Дем, а ты пойми его. У него душа не на месте. - небольшой лысый мужчина отвечал первому уговаривательным тоном.
- На нас с ним Михаил и так уже криво смотрит... А тут еще его предчувствия. Ну знаете..!
До этого молчавший светловолосый мужчина с голубыми глазами, подернутыми тревогой, вклинился в разговор:
- Ну правда. Я не могу уже!
- Да успокойся ты, Лори... На месте твоя Ариэн. У нее сейчас сессия — спит, наверное, после экзамена. Не беспокойся. - Его ворчливому другу, как видно, не нравился такой поворот событий.
- Угу. Если бы все было нормально у меня основания крыльев не горели бы. Тут явно что-то неладное. Деметрий, не шурши, я улетаю. И точка. Вот видишь, даже наш Десятый Сопран — и тот понимает. Так ведь?
С этими словами произошло сразу несколько событий — светловолосый мужчина раскинул белоснежные крылья, благодаря кому-то из остальных восьми мужчин открылось небольшое окошко, в проеме которого этот светловолосый мужчина сразу же исчез, и распахнулась дверь в костюмерную — вошел небольшой мужчина в черном пиджаке.
- Что тут происходит? Почему открыто окно и... ГДЕ ЛОРИЭН?!
- Так. Я тоже оставаться не могу. Делайте что хотите — я за ним. - С этими словами ворчливый мужчина так же распахнул крылья и вылетел в окошко.
- Так. А теперь остальные - более адекватные, надеюсь - объяняют, что за бедлам тут творится.
Ангел — в этом уже нет сомнений — с красивым именем Лориэн несся под самыми облаками, потихоньку замерзая и стоически стараясь не обращать на это внимания. Он летел к дому своей любимой — Ариэн, за которую у него болела душа. Он явно чувствовал беду. Подлетев к ее дому, он понял, что за беда нависла над ним и его любимой. Ее дом горел. Толпа людей стояла перед домом, не зная, куда деваться. Кричали дети, женщины плакали и причитали о каком-то молодом человеке, который всем помогает, мужчины героически терпели холод, отдавая теплую одежду, что на них была, женам и детям. Кто-то бежал в соседние дома — просить приюта, кто-то звонил друзьям. Общее настроение толпы еще больше удручило Лориэна — если это было возможным. Он приземлился во дворе, опалив крылья, и сложил их от греха подальше. Он бросился в толпу людей — вдруг среди них есть Ариэн. Но девушки Лориэн не нашел. Тогда он снова бросился во двор и, распустив опаленные крылья, попытался долететь если не до чердака, то до окна квартиры Ариэн. Тщетно. Крылья не хотели поднимать его выше, чем несколько метров, отчаянно боля. Он вновь сложил их и встал в растерянности. Вдруг он заметил в ее окне какую-то жизнь — там двигался какой-то молодой человек с непонятным огромным свертком руках, напоминавшим одеяло Ариэн. Лориэн всмотрелся в юношу. Тот деловито открыл окно. За его плечами мелькнуло что-то ослепительно-белое, но тем не менее, отдающее какими-то рыжими подпалинами. Он заметил Лориэна и замер в нерешительности.

В то время, Азраэль пробежал через горящий проем в гостиную, добежав по инерции до окна. За окном открывался небольшой закрытый дворик. Ангел открыл большое окно одной рукой, распустил крылья и было шагнул в воздух ; но тут он заметил во дворе человека. Это был мужчина в бежевом легком костюме. «Как он тут оказался? И что теперь делать? Боооже..!» - вертелись мысли в голове у Азраэля. Мужчина сверлил Азраэля взглядом, и будто читая его нерешительность, подбадривающе кивнул ему головой и, осмотревшись вокруг себя, расправил крылья. Азраэль решил, что удивляться времени нет и на вдохе шагнул в заоконное пространство. Ему было страшно ; он давно не летал. Тяжело приземлившись во дворе на одно колено, он выдохнул и вопросительно взглянул на второго ангела.
- Жива??
- Жива, успокойся. Только спит крепко ; снотворного, наверное, выпила.
Светловолосый нежно посмотрел на девушку.
- Может, ты мне ее отдашь?
- Да, конечно. Только с одеялом аккуратнее. А то замерзнет твоя девушка.
- Уж разберусь как-нибудь.
- Надеюсь. - на этом Азраэль махнул рукой и пошел к выходу из двора ; Только крылья спрячь. А то лишних вопросов тебе не избежать ; там за двором такая толпа стоит ; наверное, ты и сам знаешь.
- Хэй! Подожди! Я тебе еще еще спасибо не сказал!
Молодой человек развернулся и насмешливо ответил:
- Считай, уже сказано.
- Ну уж нет!
В этот миг во двор с громким шорохом влетел ворчливый друг Лориэна.
- Ох боже... И ты, Брут? Когда ж вы крылья-то прятать от людей научитесь? - наигранно усталым голосом протянул Азраэль.
- А вы-то тут кто? Что тут вообще происходит?
- Дем, успокойся. Этот парень спас Ариэн из пожара.
- Как?
- Как-как? Вынес. На крыльях.
- Ты тоже ; ..? - удивился Деметрий.
- В первую очередь, я пожарник. А уж во вторую ; да, ты угадал. Только кричать об этом не стоит ; люди рядом, как-никак.
- Не ёрничай. Я тебя поблагодарить хочу. Только для начала неплохо было бы твое имя узнать.
- Ну что ж, я Азраэль.
- Деметрий. Очень приятно.
- Ну тогда и я присоединюсь. Я ; Лориэн, а спасли вы мое счастье ; Ариэн.
- Это я уж понял. ; усмехнулся Азраэль.
Лориэн было развернулся, чтобы выйти из сугроба и ближе подойти к Азраэлю, но его остановил голос Азраэля:
- Стой. Крылья разверни!
- Зачем?
- Сказал разверни!
- Ну ладно... ; Лориэн нехотя раскрыл крылья.
- Да у тебя полкрыла подпалено! ; воскликнул Азраэль
- Как? Лори, ты о чем думал? Как мы домой полетим?? Ариэн жить негде, а ты нелетабельный. Я двоих физически унести не смогу, а выбирать между тобой и твоей подружкой я не хочу.
- Деметрий... ; я ведь не ошибаюсь, да? ; Деметрий расстроенно кивнул ; угу, Деметрий, давайте вы понесете девушку, а я ; нашу крылатую котлету...
Его перебил Лориэн:
- Это кто тут котлета?!
- Лори, мы все станем котлетами, когда нас Михаил увидит... ; попытался урезонить друга Деметрий.
- А если не лететь? ; вклинился в разговор Азраэль, которому становилось интереснее с каждым произнесенным словом.
- А если не лететь совсем, то просто увеличится степень нашей поджаристости...
- Тогда полетели ; только вот незадача ; я вашего пути не знаю...
- Как? Ты не из Леса?
- Ну я как бы не медведь, чтобы в лесу жить...
- Ладно, не бери в голову, дорогу я тебе покажу. Глядишь ; и с нами останешься...
- Ладно, увидим ; улыбнулся Азраэль , искреннне удивляясь своей уникальной способности попадать в странные ситуации. Он подхватил Лориэна, наконец-то сложившего крылья и иронично заметил:
- А я-то думал, что котлетки маленькие, на сковородке убираются...
- Я тебе покажу котлетку!!
- Да не кипятись, я же пошутил ; обезоруживающе улыбнулся Азраэль.
- Да за такие шутки..!
- Все, брейк, тореадоры. Полетели уже. - вмешался Деметрий со скрытым смехом в голосе.
Ангелы взлетели. Слава богу, их никто не заметил.
Летели они, как казалось Азраэлю, безумно долго. Но вот внизу показался лес ; наверное, тот, о котором в полете рассказывал Лориэн. Деметрий начал плавно снижаться - «Ура, лес именно тот! Наконец-то!» ; мысли Азраэля подернулись радостью.

В этом самом Лесу их уже заждались. Как это было? Это было вот так:
Ночь уже накрыла Волшебный Лес своим пологом. Михаил сидел на высокой крыше штаба, отчужденно листая книгу, лежащую у него на коленях. Порой он вставал и, пытаясь скрыть свое беспокойство, мерил крышу шагами. К нему подошел мужчина с крайне озадаченным лицом:
- Михаил, не переживайте сильно. Лориэн и не в такие переплёты попадал ; и выкрчивался же. Тем более, он не один, а с Деметрием ; он точно не даст наделать Лори глупостей и попасть в беду. Они скоро прилетят.
Михаил втянул прозрачный воздух ночи и на выдохе произнес:
- Спасибо, Левистус. Конечно же, они прилетят. Куда они денутся. Ну им попадет от меня.
Левистус коротко поклонился и ушел с крыши.
Михаил, присев на парапет, закрыл голову руками. Он на самом деле, сильно переживал за Лориэна и Деметрия. Они стали ему будто сыновьями ; непослушными, но такими любимыми. И сейчас он за них откровенно боялся ; мало того, что они ушли с пресс-конференции, они еще и домой опаздывали. Уже на два с половиной часа. Как минимум. Волнительное состояние Михаила подытоживало переживание всего коллектива ; за друзей все переживали.
Но вот долгожданный звук — шорох крыльев и хриплое дыхание. Только звуков было неожиданно много для двух ангелов. Это настораживало, но, тем не менее, Михаил успокоился. Пока не понял, что не так. К свежему запаху ночи прилился запах гари и палёных перьев. Теперь Михаилу было страшно открывать глаза. Внезапно тишину ночи прорезал неожиданный звук. Максимум, к чему был готов Михаил — это к мягкому тенору или баритону... но не к тому, что прозвучало у него над ухом.
- Гм.
Михаил открыл глаза и посмотрел вверх. Там его ждала странная картина: нет, он не удивился девушке, завернутой в одеяло, на руках у Деметрия, но в глубокий шок его повергло зрелище Лориэна на руках у незнакомого ангела.
- Что. Это. Значит?
Михаил, видимо ожидал ответа от Лориэна или Деметрия, но ответил незнакомец.
- Это последствия пожара. Не беспокойтесь, Лориэн и Деметрий в порядке. Только у Лориэна крылья немного опалились ; пока что летать он не может.
- Какого пожара? Да и вообще, кто Вы?
- Я ; Азраэль. Пожарник. Пожар был в доме Ариэн ; если вы знакомы. Я спасал людей из горящего дома... В общем, это долгая история ; и явно не для крыши, где, возможно, слишком много ушей. Лориэн и Деметрий Вам все сами смогут рассказать ; только нужно Ариэн и Лориэна принести.. ; ангел замялся ; в дом. За сим, позвольте откланяться.
- Ну уж нет. Вы меня заинтересовали. Пойдемте, я вам покажу дом Лориэна с Ариэн ; заодно и врача Лориэну найдем.. А затем я приглашаю вас с Деметрием ко мне на чашку чая и дельный разговор.
- Спасибо.
Михаил поднялся с парапета, не стирая даже со своего лица оттенка удивления, и распустил крылья. Он поднялся в воздух и увлек за собой Азраэля и Деметрия с «ценным грузом» на руках. По дороге в дом Лориэна Михаилу встретился Левистус, удивленный до крайности этой странной процессией.
- Левистус, найди Феликса и скажи ему, что требуется его помощь ; у Лориэна крылья опалены, он летать не может. Сделай это быстро, хорошо?
- Да, конечно.
Левистус кивнул головой и полетел в сторону той крыши, где произошла встреча Михаила с ангелами — крыши штаба команды Михаила.
Михаил тем временем привел ангелов в дом Лориэна. Ариэн положили на диван — пусть отсыпается, Лориэна же — на кровать. В скором времени влетел Феликс . Михаил успокоился и оставил ангела-врача в компании Лориэна и спящей девушки, пожелав удачи и спокойной ночи — заранее. С этими словами Михаил вылетел из комнаты прочь, позвав за собой стоящих в ступоре Азраэля и Деметрия:
- Ну так что? Где вы застряли, Винни-Пухи ?
Ангелы хором отозвались: «Идем!».
Прилетев домой и поставив чайник на плиту, Михаил успокоившись, сел в кресло.
- Ну что ж, господа пожарники, поговорим? - насмешливо вопросил архангел.
- Поговорим. - в тон ему ответил Азраэль. Деметрий немного надулся ; ему не понравилось, что его окрестили пожарником ; да еще и «господином».
Михаил предоставил право рассказывать новому знакомому: «Тебя, Деметрий, я еще успею наслушаться, а вот ..Азраэля — вряд ли. Говорите, пожалуйста. »
Азраэль начал свой рассказ с того момента, как он почувствовал запах гари на улице ; и до того момента, когда он в компании других ангелов прилетел в Лес. Михаил слушал его с большим интересом, не перебивая. За рассказом Азраэля ушла не одна чашка чая, который, как казалось со стороны, Михаил пил вообще безостановочно. Когда Азраэль закончил, Михаил озадаченно спросил:
- Азраэль... Вы сказали, что Лес вы впервые видите...
- Да, это так. Я так им впечатлен...
- У меня тогда встает вопрос ; Вы ; Небесный?
- В смысле?
- Ладно, потом Вам расскажу... Сейчас меня больше интересует Ваше прошлое ; откуда Вы?
- Если Вам так интересно ; я могу рассказать.. но.. не обращайтесь ко мне на «вы», пожалуйста...
- Хорошо, давайте перейдем на ты. Так что? Чаю налить еще?
- Да, было бы неплохо. Сколько я себя помню, я жил среди людей. Угу, спасибо. - Азраэль отвлекся ненадолго на чай и продолжил ; С родителями я жил лет до шестнадцати. Жизнь c ними была вполне обычной, размеренной ; как у всех людей. Я мечтал, что стану музыкантом ; очень любил изображать, что играю на фортепиано. Взрослые этому так умилялись. А потом... Я отчетливо помню день, когда они исчезли из моей жизни. Я шел из школы ; торопился домой ; показать матери с отцом свой первый настоящий стих, взрослый. Да, я пишу ; пояснил Азраэль, поймав на себе заинтересованный взгляд Михаила. - Я продолжу?
Михаил кивнул, побуждая Азраэля говорить дальше. Архангела определенно интересовал этот юноша все больше и больше. Что-то было в нем...

— На чем я закончил? А, да, я когда я пришел домой, родителей там не оказалось. Я решил, что они куда-то ушли и скоро вернутся... Я прождал их до заката, сидя дома и пытаясь себя хоть чем-то занять. Когда терпение с треском разсползлось по швам, я вышел к подъезду. Там на лавочке сидела знакомая старушка, которая уже будто стала частью нашей семьи -так тесно мы с ней общались ; баба Маня. В тот вечер у нас с ней был странный разговор, которому я сначала не придал никакого значения:

- Не жди их, милок.
- Почему, баб Мань?
- Они ушли.
- Куда? - я искренне удивился, не понимая, куда и зачем родители могли уйти и почему мне не стоило их ждать.
- На небо. - старушка заметила, как я застыл, шокированный ее словами, и быстро продолжила ; Да не шугайся ты так, живы они... Ты со временем поймешь.
- Как так, баб Мань? Я не понимаю.
- Это время должно пройти.
- ...А они вернутся? ; честно говоря, меня пробирали мурашки от волнения.
- Я ж тебе сказала, время надо выждать. Может, да, а может ; и нет...
- Как же я жить буду один?...
- А со мной. Не хочешь?
- Хочу. П-пошли домой, баб Мань?
- Ну пойдем, милок. Только вещички мои к себе не перенесешь? Уж коли жить вместе будем ; так этажом ниже, у тебя ; а то подниматься мне тяжеленько...
- Хорошо, сейчас и перенесу. У тебя открыто?
- Ты ж и так знаешь ; по что спрашивать-то?
Вот с этого вечера мы и стали жить с бабой Маней. Хорошая она женщина. Она меня воспитывала, мудрости кой-какой учила — как человеком настоящим оставаться. Она же и присоветовала идти в пожарники — «...Профессия трудная, но людям очень нужная. Как раз по тебе, милок...». Она так радовалась, когда я ей рассказал про первого спасенного мной человека. А ведь потом, года через полтора я понял смысл того разговора вечером, когда она со мной жить начала. Понял, что она имела ввиду, когда говорила, что родители «на небо улетели» - у меня у самого начали прорезаться крылья — было ой как больно... Я сначала не понимал, что происходит, а потом дошло — когда с утра на учебу собирался — и крылья у себя за спиной обнаружил. Небольшие такие — но все-таки крылья. Я так... удивился что ли. Меня баба Маня успокоила, сказав, что для родившихся среди людей детей ангелов это естественно. Потом она заметила, как я — неожиданно для нее — люблю музыку и, моно сказать, за руку отвела меня к учителю игры на фортепиано... Я параллельно тогда учился искусству спасать людей из горящего дома и извлечению звуков из инструмента. Мне до безумия нравилось и то, и другое, что несказанно радовало бабу Маню — мне вообще нравится ее радовать.
А помнится, баба Маня была так на меня рассержена, когда узнала, что я крылья в пожаре опалил — она за меня переживала так.. А мне еще неделю потом стыдно было. А когда уже выучился и стал пожарником, баба Маня сказала, что меня теперь будут на работу вызывать среди ночи и ей это беспокойно — и отдала мне ключ от своей квартиры - «Живи себе спокойно, Азраэль, только про меня, старуху, не забывай». После этого так и живем — я в ее квартире, она — в моей. Я ночью по вызовам — а она беспокоится, знает, что прихожу домой утром и звонит каждый раз около семи утра - «...Все в порядке, Азраэль? Ничего не спалил? Нет? Ну спи тогда...». А порой по выходным и праздникам просит меня сыграть ей на небольшом пианино, которое мы с ней купили. И все время я ей играю ее любимый вальс — ей уж больно нравится. Она всегда говорила, что музыкант должен «музыку не играть, а душою танцевать, да вслух подпевать — вот тогда-то и рождается гармония и настоящий звук». Наверное, из-за этого она и любила вальсы. Правда, порой она от моего голоса шарахается, когда просит спеть ей... Да и все, наверное, шарахаются...
Вот такой я ангел-самоучка — подвел итог своего рассказа Азраэль.

Михаил помолчал в раздумьях, вертя уже пустую чашку в руках и неожиданно для Азраэля попросил его спеть. Азраэль немного замялся, но петь начал ; в голову ему лезла одна только «Belle» ; он ее и спел. Михаил вслушивался и что-то, казалось, отмечал про себя.
Когда раскаты голоса затихли в подорительно хорошей акустике комнаты, Михаил наконец-то поставил чашку на стол с резким звоном — будто точка в рассказе, и задумчиво протянул:
- А знаешь что? Ты меня заинтересовал, оставайся у нас, в Лесу. В нашей команде будешь ; тебе ведь наверняка Лориэн с Деметрием рассказывали?
- Да, рассказывали... Спасибо большое за предложение, но я... ммм... не готов пока что. Меня среди людей держит что-то.
- Я понимаю. В любом случае, мое дело ; предложить. Уже светает ; заметил архангел, глядя в окошко ; Тебе не пора ли?
- Да, пора. Спасибо за гостеприимство.
- Тебе спасибо.
Ангелы вышли на крышу дома.
- Помни, Азраэль, мы еще встретимся ; серьезно произнес Михаил.
- Буду надеяться на это, ; Азраэль улыбнулся, раскидывая крылья ; буду надеяться.
Азраэль взлетел и вскоре скрылся за горизонтом — благо, дорогу назад он хорошо помнил. Пока он летел домой, он думал, что же заставило его сказать, что он не останется в Лесу, что его держит среди людей. Неужто его держит тут баба Маня? Ну нет, навряд ли. Хоть она и была ангелу как родная, но держать его ей никогда не удавалось. Да она и не хотела. Баба Маня всегда готова была его отпустить. Нет, было что-то кроме бабы Мани. Определенно, было. Но он не понимал, что именно. Единственное, что он мог назвать — это дым. Его вечный спутник и загадка, то, что томило Азраэля на протяжение многих лет.
Он прилетел домой — уже давно светало. Посмотрев на ровно горящие цифры электронных часов, он отметил, что уже было пять утра с небольшим. «Часа через два позвонит баба Маня... Что ей сказать? Что меня уволили? Расстроится. Лучше вообще не говорить. Но тогда получится, что я совру... Нет, лучше скажу ей все, как есть» — твердо решил ангел, устало садясь на диван. Он и не заметил, как его окутали теплые объятия Морфея. Азраэлю снился тот день, когда он отводил девочку домой к ее потерявшимся родителям. Когда он проснулся он почувствовал некое дежа-вю, но не придал этому значения. На электронном циферблате светилось ровное «13.05», беспокойные мысли ангела по поводу бабы Мани улеглись.
Азраэль совершенно не знал, куда ему деть время и, выйдя на улицу, решил доехать до дальнего музыкального магазина — он чувствовал, что чего-то ему не хватало. Он сел в ярко раскрашенный троллейбус, умчавший его тотчас же сквозь метель на другой конец города. А вот и цель — музыкальный магазин выглядывал из-за троллейбусной остановки своей витриной.
Войдя внутрь, Азраэл никак не мог определиться — в какой же зал ему пойти — гитарный или клавишный... Решив, наконец, что по духу ему ближе клавиши, он блуждал меж стройных рядов различных клавишных инструментов. Его взгляд рассеянно скользил по лаковым дорожкам, ласково оглаживая наиболее понравишиеся ангелу инструменты, когда Азраэль увидел мельком что-то до дрожи знакомое. Резко развернувшись, молодой человек наткнулся взглядом на свою собственную рубашку — ту самую, которая осталась на плечах девочки из его давнего прошлого — ну и соответственно, девушку, на плечах которой - уже в настоящем обнаружилась рубашка. Ее короткие светло-крашенные волосы выбились из не очень опрятного пучка в то время, когда сама девушка боролась с рубашкой — и, как видно, проигрывала.
- Анююют! Опять твоя рубашка меня атакует!
- Наташ, я что ли виновата в том, что кто-то не умеет обращатья с пуговицами и кнопками?
- Ну Ань! Распутай меня! Твоя рубашка-то, не моя...
- Я тебе тысячу раз говорила, что эта рубашка не совсем моя... ; утомленно тряхнула копной волос подошедшая к первой, вторая девушка.
- Ну ври больше. Сама, наверное, и купила в отделе мужской одежды, а теперь говоришь, что не твоя, а какого-то загадочного парня из твоего прошлого...
- Хм.
Анна расстегнула все пуговицы на рубашке подруги, быстро снянула с себя свитер и протянула ей:
- На, Наташ. А рубашку мою отдай.
- Не дуйся. Вон смотри, кто-то ходит... иди помоги молодому человеку...
Анна резко перебила девушку:
- А тебе бы только и перекидывать свой зал на меня..!
- А что делать, если в твоем гитарном отделе постоянно такие мальчики красивые ходят, а в моем ; вообще штиль полный.
- Ладно, иди уже.
Светловолосая развернулась и, прямо на ходу надевая свитер, подбежала к одному из покупателей, предлагая свою помощь.
Анна оправила на себе рубашку и направилась к Азраэлю, произнося сходу заученные слова:
- Здравствуйте, меня зовут Анна, я консультант этого мгазина. Вам чем-нибудь помочь?
- Ну здравствуй, девушка с принцессным именем. ; озорно улыбнулся ангел.
Девушка задумалась, будто что-то вспоминая и вдруг в тишине зала прозвучал ее звонкий голос:
- Азраэль? Не может быть..!
- Надо же, помнишь ведь.
- Как и ты. Рубашка, как видишь, греет, хоть ты и говорил раньше, что она ничем от холода не спасет...
- Да, и не только тебя она греет, как я вижу.
- Ревнуешь ее?
Оба рассмеялись.
- Ты музыкант сейчас? Кажется, раньше ты был пожарником.
- Да, можно и так сказать. А пожарником был ; но вот незадача ; уволили... А ты, стало быть, консультант. И как, хорошо разбираешься в инструменте?
- Ну как сказать...
- А вот смотри: чем например, вот эта модель от вон той отличается? - насмешливо спросил Азраэль, указывая на рядом стоящие клавишные.
- Эммм...
- Давай расскажу?
- Давай!
Они присели на маленький диванчик, и Азраэль с жаром расказывал Анне об инструментах, теории музыки, о том, как получается звук и о многом другом. Девушке очень понравилась эта беседа, она была настолько увлечена, что и не заметила, как подошел к концу ее рабочий день.
- Магазин закрывается ; неожиданно для себя отметила Анна. Ты еще придешь потом?
- А кто сказал, что мы прощаемся? Ты не голодная?
- Ну.. есть немного.
- Тогда прощайся с коллегами и пойдем устранять пережитки рабочего дня! - Смех в голосе Азраэля был крайне заразительным.
- Свидание, значит? ; заговорщически поддела ангела девушка.
- Можно и так, если хочешь.
- Хммм... А где тогда розы? На свидание с девушкой ведь принято с цветами ходить...
- Хороший вопрос. Дава собирайся уже, я тебя на улице буду ждать.
Азраэль вышел из магазина, загадочно улыбаясь и пытаясь вспомнить, где он видел ближайший цветочный магазин. Уже через несколько минут он ждал Анну около магазина — с букетом белых лилий.
- Ну вот и ты.. Я уж думал, что тебя начальство съело.
Анна, рассмеявшись, взглянула на букет:
- Хээй..! Я же пошутила... Вот уж не думала, что ты это воспримешь это так серьезно.
- Ну вот так. - поймав ее взгляд, ангел продолжил ; Да, помню, что в оригинале были розы... Но это было бы слишком предсказуемо. Поэтому лилии.
- Это так замечательно! Мне так приятно! Спасибо! ; девушка немного смутилась ; А знаешь, ты угадал, я лилии больше, чем розы люблю.
- Ну тогда все идеально. Ужин?
- Ужин. ; в тон ему ответила Анна.
Они завернули в ближайший ресторан, где прекрасно провели время за легкой беседой о книгах,музыке. Девушке даже удалось Азраэля упросить спеть её любимую «Et si n'existais pas» — ей почему-то сразу показалось, что молодой человек прекрасно поет. В конце концов, Азраэль нежно обнял Анну за плечи и... наткнулся на две небольшие полукруглые выпуклости около ее лопаток.
- Крылья?? - тихо удивился он?
Девушка смутилась.
- Ну да... пугайся...
- Было бы чего бояться. У меня у самого такие же. ; не скрывая радостного удивления промолвил Азраэль.
Анна окинула Азраэля неверящим взглядом.
- Да что? Проведи рукой по лопаткам ; и поймешь. Или еще лучше ; пошли на улицу!
У девушки в глазах заплясали озорные искорки. Молодые люди быстро оделись и вышли на улицу. Пробежав к темнеющему деревьями парку, они под сенью заснеженных сосен распустили крылья и, огнянувшись по сторонам, оттолкнулись от земли — и вот оно, счастье полёта! Долетев до обледеневшего колеса обозрения, они присели на крышу одной из кабинок. Они смотрели в вечернее небо, вслушиваясь в тишину вечера и улыбаясь тому счастью, которое нашло их. Первым тишину нарушил Азраэль.
- Анна... а ты... ты тут, среди людей выросла?
- Да. мои мама с папой ушли в тот день, когда мы с тобой впервые встретились.
- Оу... И ты жила все это время с бабушкой?
- Да я и сейчас с ней живу. А ты ; ..?
- У меня родители ушли, когда мне 16 было, и я до поры жил с соседкой, с которой тесно знаком. Она мне как родная бабушка.
Азраэль бросил свой взгляд на наручные часы и воскликнул:
- Боже! Времени уже ; одиннадцать с небольшим! Тебе домой разве не пора?
- Пора. Даже слишком пора.
- Полетели тогда, я тебя одну среди ночи не отпущу.
- Полетели...
Ангелы взвились в небо, раскачав кабинку колеса обозрения, на которой они сидели, тем самым заставив ее оглушительно скрипеть. Скрип разбудил сторожа Василия
- От-те молодежь пошла-то... Иэээххх, и не стыдно ж ведь, а?... - проворчал Василий сквозь дрёму.
Ангелы, спрятавшиеся за объемистой кроной заснеженной сосны, тихо засмеялись, озорно переглянувшись, и полетели дальше.
Азраэль пообещал Анне вернуться на следующий день. И так было до полного «овеснения» разума, до влюбленности.
Анна доучивалась архитектурной институте, Азраэль должен был скоро защищать свою диссертацию по музыковедению — в общем, жизнь текла своим чередом.
В один из их осенних вечеров Анна показала Азраэлю небольшое объявление, распечатанное на черно-белом принтере «...В Арт-группу ведется набор участников. Просим Вас принять участие в прослушивании, если Вы имеете интересные вокальные данные...». Азраэль долго упирался ; дескать, по образованию он - теоретик, а не вокалист... Но девушке удолось его уговорить ; под предлогом дописывания давно уже мучимой им диссертации она выпроводила Азраэля на прослушивание.
Он подъехал на автобусе к незнакомому серому зданию, от которого так и веяло чем-то необычным. В холле его встретила охрана и проводила до зала, где проводилось прослушивание. Азрэль замер на миг в нерешительности, стоя перед дверью. В голову му пришли его же строки:
...Когда стоишь ты на краю
И делать что ; не знаешь,
Ты прыгай, прыгай ; на лету
Поймешь ты что к чему.
И вот мой край, стою на нем,
А прыгать ; не решаюсь.
Хочу понять, понять о чем
Мечтаю. Втайне ; обо всем.
В прыжке срываюсь с места.

Он на вдохе толкнул дверь и вошел внутрь.
- Ну вот и встретились, Азраэль. Я помню твой голос.
- Михаил?!
- Поздравляю, ты в коллективе.
К Азраэлю сзади подошел Лориэн, похлопав его по плечу:
- Теперь-то уж от жинив лесу не отвертишься!
- Да уж куда мне ; расмеялся в ответ Азраэль. ; Спасибо!
- Было бы за что... Так, ребята, пакуем крылья ; и вперед ; в лес! ; громко проговорил архангел.
- ...Эммм, я вас догоню. У меня девушка тут...
- Если она человек, то знай, вам придется туго. ; задумчиво прошелестел Михаил
- Она ангел. Такая же, как и я.
- Тогда в чем проблема? Девушку ; в охапку, и дружно в лес. Догоняй, мы не будем лететь быстро.
- Хорошо! Спасибо еще раз!
- Лети уж. ; оборвал его Деметрий своим ворчанием, открывая окошко.
Азраэль сорвался с места и вылетел за Анной. Он так стремительно ворвался в квартиру, что девушка, только что пришедшая с последего выпускного экзамена аж подпрыгнула от неожиданности.
- Ты что? Что-то случилось?
- Ань, хочешь порадую?
- Ну попробуй.
- Первое. Я принят.
- Ураааа!
- Подожди, еще не конец. Второе. Они ; ангелы. ; Азраэль поймал взгляд девушки, улыбаясь ; И третье. Они приглашают нас с тобой жить у них в городе. Я там раньше был, там нереально красиво, прямо как ты мечтала. Летим?
- Определенно «Да»!! ; глаза Анны заблестели радостью и авантюрой.
- Тогда что стоим на месте? Натягивай свитер ; и вперед! За окошком не вот что бы холодно, не немного неуютно.
Девушка решила, что свите искать она не будет и просто накинула куртку, которую застегивала уже на лету.
Два ангела взмыли в небо, догоняя еще девятерых. Через некоторое время в Лес влетели ее два новых ангела. Это прекрасный повод для праздника! Анна понравилась всей команде Михаила, этот вечер и эту ночь провели ангелы в торжестве, встретя новый день и еще много дней после этого.


@настроение: первозданная жуть.

@темы: о родовых проклятиях, жизненно-неумелое

URL
   

Смотровая № 2

главная